События и мнения


Диана Керселян Некоторые проблемы в сфере здравоохранения и образования, возникшие вследствие распространения коронавирусной инфекции

Ситуация, связанная с распространением коронавирусной инфекции в Абхазии, затронула многие аспекты жизни нашего населения. Как и во всем мире, введенные правительством ограничения существенно повлияли на экономическое благосостояние простых людей и возможности свободного передвижения. В результате эпидемии серьезно пострадал образовательный процесс, а система здравоохранения оказалась абсолютно не готовой к подобного рода экстренным ситуациям. Каждая из этих сфер жизнедеятельности наших граждан требует отдельного детального изучения. В этой статье я постараюсь остановиться на ситуации в сфере образования и здравоохранения.
Анализируя нынешнюю ситуацию с Covid-19 в Абхазии, невозможно не учитывать то, какие политические процессы происходили в нашей стране в начале 2020 года, как раз в тот период, когда мир всколыхнул Covid-19. Страна проходила через достаточно сложный процесс смены власти. Государством руководило временное правительство, предстояли внеочередные президентские выборы. Сложно представить себе, что в такой ситуации, тем более в начале пандемии со многими неизвестными, государство могло стратегически думать о том, какие шаги необходимы для минимизации угроз пандемии в долгосрочной перспективе. Ситуацию усугублял тот факт, что страна вступила в 2020 год практически с пустой казной. Тем не менее, руководство переходного периода ввело чрезвычайное положение, все торговые объекты, кроме аптек и продуктовых магазинов, были закрыты, не работали общественный транспорт, образовательные учреждения и т.д. Выявленные единичные случаи заражения были моментально взяты под контроль, и распространение инфекции было, таким образом, остановлено.
Многие оценивают действия временной власти относительно мер по нераспространению инфекции весной 2020 года как достаточно эффективные. В реальности успешность борьбы с нераспространением инфекции коронавируса в тот период связана не только с мерами, принятыми временным руководством страны, но и с другими внешними и внутренними факторами. К примеру, важным внешним фактором стало закрытие российско-абхазской границы руководством РФ. Поскольку в соседней России в тот период уровень распространения эпидемии был очень высоким, руководство РФ, как и многие другие страны, приняло решение о закрытии своих границ.
Кром того, необходимо учитывать тот факт, что степень восприятия опасности заражения коронавирусной инфекцией у населения в тот период была крайне высокой. Не только жители Абхазии, но и люди по всему миру столкнулись с новой и непонятной им угрозой. В тот период рекомендуемые правительством меры выполнялись с куда большим энтузиазмом, чем во время второй волны, которая пришлась на конец лета и начало осени. Кроме того, большая информационная работа была проведена гражданскими активистами, которые подключились к оказанию гуманитарной помощи, информированию населения об угрозах вируса и о ситуации в других регионах мира.  
Надо сказать, что в летний период, население отвлеклось от угрозы распространения коронавируса, стали громче звучать голоса тех, кто не верил в опасность вируса Covid-19 и сравнивал его с обычным гриппом. Часто в соцсетях можно было встретить комментарии пользователей с вопросом о том, есть ли у кого-то заболевшие знакомые. До сих пор люди распространяют в сети фейковые видеоролики, основанные на различных «теориях заговора».
Сложная экономическая ситуация сподвигла некоторых предпринимателей, рассчитывавших на прибыль от курортного сезона, на акции протеста с требованием от руководства Абхазии мер по открытию границы, что в результате возымело действие. Российско-абхазская граница была открыта для граждан Абхазии и РФ с 1го августа 2020 г., при чем, без всяких ограничений, без введения мер безопасности, таких, как, например, измерение температуры, обязательный масочный режим и т.д.  
Таким образом, можно говорить об определенном давлении части общества на новое руководство с тем, чтобы правительством не принимались жесткие ограничительные меры. Вместе с тем, сложная экономическая ситуация требовала от руководства выработки программы действий, и ставка была сделана на открытие, хоть и запоздалое, курортного сезона. Поэтому в данном случае требование части общества об открытии границы совпало с планами правительства. Другое дело, что открытие границы должно было сопровождаться введением строгих мер безопасности, что сделано не было.
Еще до открытия российско-абхазской границы произошла вспышка заболевания в больницах города Сухум, однако, соответствующие службы не приняли адекватных мер, чтобы локализовать вспышку и не дать инфекции распространиться дальше. На критическое (непубличное) выступление части медицинского сообщества, которое, в основном, было представлено сторонниками бывшего президента, правительство отреагировало болезненно, и это выступление стоило одному из критиков кресла заместителя министра здравоохранения.
Еще одним примером реагирования общества стало сопротивление сотрудников сферы образования вводу карантина в школах, который был, по всей вероятности, обоснован. Однако и в этом случае общество не услышало от власти убедительных аргументов в пользу введения карантина.
Есть и другая часть общества, которая, напротив, требовала введения более строгих мер, ужесточения масочного режима, контроля за социальным дистанцированием, санитарной обработкой общественных мест и пр. В основном, данная часть высказывалась в социальных сетях, не предпринимая действий в виде акций. Исключение составляют активисты гражданского общества, которые посвятили этой тематике несколько передач на YouTube канале «Битый час», показанных также на канале АБАЗА ТВ, различные публикации в социальных сетях, в том числе на странице Абхазского общественного информационного центра «Адгылара», а также в телеграм-канале «Коронавирус не приговор!». Пиком деятельности гражданских активистов стала петиция с требованиями введения ограничительных мер в Абхазии, адресованная Президенту, Премьер-министру и Парламенту Республики Абхазия, созданная в начале сентября. Важную роль сыграла деятельность Уполномоченного по ПЧ в Абхазии, которая публично подвергла сомнению готовность медицинских, санитарных и иных служб к худшему сценарию развития событий.
Конечно, любые ограничительные меры, с точки зрения прав человека, являются ограничением свобод. Принимая решения о введении ограничительных мер, необходимо учитывать, насколько целесообразны те или иные ограничения, насколько они соразмерны возможным угрозам. Ограничение свобод и прав человека допустимо только тогда, когда отсутствие ограничительных мер еще больше угрожает человеку. Для того, чтобы население адекватно воспринимало ограничения, люди должны четко понимать причины их введения и последствия отсутствия адекватных мер. В этом смысле задача тех, кто принимают решения, предоставить достоверную и полную информацию о существующих угрозах. К сожалению, в нашей ситуации, относительно реальное понимание угроз пришло только тогда, когда количество заболевших стало приближаться к сотне человек в день и участились случаи летального исхода.
Таким образом, непринятие своевременных ограничительных мер, абсолютная несознательность большей части населения при провальной информационной работе со стороны государства, отсутствие контроля со стороны власти за исполнением тех мер, которые все-таки  были приняты под давлением гражданского общества, – все это привело к тому, что, продержавшись всю весну и, практически, лето, к концу сентября, Абхазия получила резкий всплеск заболеваний коронавирусной инфекцией, а соответствующие службы  оказались  неспособными эффективно контролировать ситуацию. Об этом свидетельствует официальная статистика заболеваемости, согласно которой на сегодняшний день число заболевших Covid-19 (выявленные посредством тестов случаи) составляет более 6000 человек.
Некоторые аналитики считают цифры заниженными, и с этой оценкой трудно не согласиться. Известны случаи, когда люди с симптомами Covid-19 не обращались за медицинской помощью и лечились самостоятельно, многие выезжали на лечение за пределы Абхазии. Был случай, когда у всех членов семьи наблюдались явные симптомы Covid-19, однако, из-за нехватки тестов биоматериал для теста был взят только у одного члена семьи, и именно этот человек попал в официальную статистику. Полагаю, что это не единичный случай.
Существует, таким образом, целый комплекс проблем и причин, объясняющих сложившуюся ситуацию. Каждая из этих проблем должна быть проанализирована для того, чтобы можно было извлечь из данного кризиса уроки. Это важно, поскольку речь идет не просто о неэффективности системы управления, которая, в кризисной ситуации, проявилась еще сильнее, а еще и потому, что последствия, коснувшиеся практически всего населения, ограничивают права и свободы граждан, что накладывает огромную ответственность на тех, кто принимают подобные решения.
Ситуация в сфере медицины
Опыт разных людей, столкнувшихся с болезнью, показывает, что есть большое количество проблем, связанных с медицинским обслуживанием населения во время эпидемии коронавируса. Среди проблем такие, как нехватка врачей и медперсонала, запоздалая и малоэффективная маршрутизация заболевших, огромное количество людей, не имеющих финансовую возможность позволить себе эффективное амбулаторное лечение (много людей остались один на один с болезнью), перебои в снабжении достаточным количеством ПЦР-тестов, позволяющих выявить заболевание, и недостаточные мощности лаборатории, недоступность современной диагностики, в частности, компьютерной томографии и т.д.
Справедливости ради, надо отметить, что правительство пытается решать проблемы, но, зачастую, это запоздалое реагирование. К примеру, своевременное введение строгих ограничительных мер и карантина в общеобразовательных учреждениях могло бы минимизировать/остановить распространение инфекции. Такие меры должны были быть приняты, с моей точки зрения, на месяц раньше, и, возможно, не пришлось бы закрывать школы и детсады на столь длительный период. Другой пример – отсутствие должной реакции на вспышку Covid-19 в ведущих больницах республики. Ответственность за то, что время было упущено, безусловно, лежит на министерстве здравоохранения и санэпидемслужбы, которые должны были представить реалистичный анализ текущей ситуации как своему начальству, так и гражданам. К сожалению, вместо реалистичных и аргументированных оценок угроз, мы постоянно слышали из уст руководства Минздрава что «все находится под контролем». В результате, меры по сдерживанию распространения инфекции, были приняты, во многом благодаря усилиям отдельных врачей, гражданских активистов и Уполномоченного по правам человека в РА.  
Хотелось бы более подробно остановиться на конкретных проблемах, с которыми сталкивается человек с симптомами коронавирусной инфекции. В период с середины сентября до середины октября, многие люди с симптомами коронавирусной инфекции не могли вовремя сдать ПЦР тест и получить своевременный ответ.  Причин этому было несколько. Во-первых, не хватало тестов, в том числе, потому, что ответственные чиновники запаздывали с их заказом.  Хорошо известно, что, из-за ситуации с пандемией в мире предприятия, производящие тесты, не справлялись с огромным количеством заказы. Из-за высокого спроса заказы следовало делать заранее.
Во-вторых, возможности санэпидемстанции не позволяли своевременно производить забор материала и обрабатывать его в соответствии с нуждами. Не хватало персонала, и это та проблема, которую можно было избежать, если бы вовремя были увеличены штаты СЭС и организовано обучение новых сотрудников. Ведь, еще весной было понятно, что коронавирус никуда не денется - сами представители Минздрава говорили об этом с экранов телевизора. Следовательно, необходимо было заранее готовиться к худшему сценарию развития ситуации.
В течение полутора месяцев людям приходилось в прямом смысле биться у входа в инфекционную больницу, чтобы сдать ПЦР-тест. В одной очереди находились люди с симптомами коронавирусной инфекции, с высокой температурой и кашлем, и, к примеру, люди которым нужна была справка об отрицательном результате теста для представления ее в медицинских учреждениях за пределами Абхазии, куда эти люди планировали обратиться в связи с другими заболеваниями. Все эти проблемы можно было решить достаточно просто. Надо было с самого начала продумать более эффективную систему забора биоматериала для ПЦР-теста: предусмотреть разные локации для людей с симптомами коронавируса и людей с другими заболеваниями; своевременно решить вопрос возможности забора биоматериала для ПЦР-тестов частными лабораториями и таким образом разгрузить СЭС. Все это, в конечном итоге, было сделано, но спустя длительное время и после того, как недовольство граждан стало невозможно игнорировать.  
Среди проблем, которые я обозначила, была и проблема информирования граждан о маршрутизации больных, разработанной Минздравом. На первый взгляд, для информирования граждан была предложена вполне работающая схема, произведен красивый ролик с инфографикой. Однако люди сталкиваются с проблемами уже на начальном этапе. Одна из причин – это то, что не удалось довести до населения информацию о процессе маршрутизации. Очевидно, что недостаточно было продемонстрировать информационный ролик по ТВ. В реальности многие люди просто не знают, как и куда им надо обращаться. В этом смысле были слабо задействованы сотовые операторы. Более того, к сожалению, позвонив на горячую линию, как предполагается на начальном этапе маршрутизации, люди не могут получить ответы на свои вопросы. Это говорит о том, что не всегда люди на другом конце провода владеют необходимой информацией. Иногда, столкнувшись с проблемами на последующих этапах, люди вновь звонят на горячую линию, чтобы дать обратную связь, пытаясь таким образом достучаться до людей, принимающих решения. Надо понимать, что неэффективный механизм увеличивает вероятность того, что люди с низким достатком, из отдаленных районов и из социально неблагополучных слоёв населения столкнутся с серьезными барьерами, не позволяющими им получить доступ к необходимой медицинской помощи.
Необходимо использовать разнообразные каналы распространения информации, помимо рекламы на ТВ и в других СМИ. Эффективно привлекать волонтеров, которые могли бы разносить информационные буклеты, оставлять полезную информацию в аптеках и продуктовых магазинах, использовать кампании мобильной связи для периодической бесплатной рассылки сообщений с информацией о Covid-19. Можно было бы разработать инструкцию для сотрудников горячей линии с ответами на все возможные вопросы, с которыми могут обратиться граждане, организовать канал обратной связи граждан через службу горячей линии -  это помогло бы более своевременно реагировать на возникающие у граждан проблемы.
Центральным звеном маршрутизации являются участковые врачи местных поликлиник. В Абхазии сложилась практика, при которой большинство населения, за исключением, пожалуй, пожилых людей, не обращаются за помощью к участковым врачам. Многие предпочитают сразу обратиться в больницу, где можно пройти обследование на месте и попасть к нужному тебе специалисту. Поэтому большинство людей даже не знают своего участкового врача, так что предложенная схема не облегчает, а наоборот, усложняет жизнь пациентов.
Не владея информацией о том, как правильно действовать при подозрении на коронавирусную инфекцию, многие пациенты, вместо того чтобы связаться с поликлиникой по телефону, отправляются на прием к врачу, чем подвергают опасности его/ее и других людей вокруг. Дело в том, что врачи поликлиник не обеспечиваются специальными средствами защиты, в отличие от врачей больниц, перепрофилированных под Covid-19. Таким образом, при контакте с больными многие врачи заболевают. Кроме того, были случаи, когда люди жаловались на то, что не могут своевременно дозвониться до своего лечащего врача. Некоторые подвергали сомнению правильность сделанных назначений и пытались связаться с другим врачом для дополнительной консультации относительно протокола лечения.
Врачи, работающие в нескольких больницах, ведут также пациентов дистанционно. Отдельные специалисты - терапевты, пульмонологи, кардиологи, - ведут более ста больных одновременно. В силу своей перегруженности эти врачи не могут принять на лечение всех, кто хотел бы у них лечиться.  В этой ситуации люди вынуждены искать контактные телефоны врачей через своих родственников и знакомых, для того чтобы попытаться получить компетентную консультацию.
Для того, чтобы обеспечить должный доступ к медицине, необходимо довести до граждан информацию о всех врачах, как участковых, так и терапевтов, консультирующих амбулаторных больных. Список должен содержать имя доктора и контактный телефон, по которому больной может связаться с ним в любое время. Это важно, потому что очень много больных средней степени тяжести лечатся на дому не по своей прихоти. В ситуации, когда возможности медучреждений, предоставляющих лечение ковид-положительным пациентам, ограничены, большинство больных не направляются в больницы.        
Важно обратить внимание на тот положительный факт, что пациенты, получающие терапевтическое лечение в больницах, обеспечены всеми необходимыми медикаментами, дезинфицирующими средствами и средствами индивидуальной защиты. Это заслуга государства, бизнес -сообщества и абхазской диаспоры в РФ, которая предоставила Минздраву большое количество медицинского оборудования, инвентаря и медикаментов, а также международных организаций. К сожалению, в течение шести месяцев не удавалось наладить работу компьютерного томографа, также приобретенного на спонсорские деньги специально для госпиталя в г. Гудаута. Поскольку компьютерный томограф является основным средством диагностики при Covid-19, у общества справедливо возникают вопросы и претензии к Минздраву по поводу неспособности наладить работу аппарата на протяжении почти полугода. Альтернативы, по сути, нет, так как КТ в республиканской больнице и в больнице г. Гагра можно пройти только с отрицательным ПЦР-тестом, хотя, по слухам, неофициально ковид-положительные пациенты проходили обследование и в этих больницах.    
Еще одна проблема – это дороговизна лечения. Людям, лечащимся на дому, приходится самим покупать себе лекарства. По словам медиков и переболевших людей, на лечение больного средней степени тяжести необходимо около тридцати тысяч рублей, что превышает среднюю месячную заработную плату граждан Абхазии в 3,5 раза. Если болеет вся семья или несколько членов семьи, то сумма, необходимая для лечения, становится неподъемной. Эта говорит о проблеме в обеспечении доступного здравоохранения.
Как уже было сказано, согласно официальной статистике у нас более 6 000 больных. К сожалению, эта статистика не отражает реальной картины, которая намного хуже. Известны случаи, когда, люди не обращаются к врачам, занимаются самолечением. В большинстве случаях со смертельным исходом не производится вскрытие, поэтому установить причину смерти не представляется возможным. Бывают случаи, когда болеет вся семья, но тест берут не у всех членов семьи, соответственно, не все люди попадают в статистику. Таким образом, следует полагать, что количество больных гораздо выше, чем говорит статистика. В масштабах Абхазии – это очень высокая цифра, тем более, что большая часть людей представляют уязвимые категории населения: малоимущие, многодетные, одинокие пожилые, сельчане, иностранные граждане и т.д.   Большая часть этих людей вынуждена лечиться за свой счет. Помимо того, что необходимые препараты дорогостоящие, есть проблема с их доступностью. Люди жалуются на то, что им нужно обойти множество аптек, чтобы найти нужные лекарства, потому что препараты для лечения Covid-19 распродаются мгновенно, а аптеки не успевают их завозить. Зачастую больным людям, либо контактировавшим с больными, приходится самим выходить из дома в поисках лекарств, а значит они будут дальше распространять инфекцию.
Необходимо срочно создать фонд/структуру, предусматривающую оказание помощи в виде медикаментов больным людям для лечения Covid-19 из уязвимых групп населения. Для этого необходимо выработать критерии и процедуру оказания такой помощи.  
С целью минимизации риска распространения инфекции было бы полезно создать службу доставки необходимых медикаментов на дом. Такая служба могла бы стать хорошим примером взаимодействия государства и гражданского общества и осуществляться на базе одной из общественных организаций с привлечением волонтеров и соблюдением всех мер безопасности.    
В октябре 2020 г. в районе Красного моста в г. Сухум открылся дневной амбулаторный стационар для больных Covid-19, относящийся к Сухумской городской поликлинике №3. В стационаре амбулаторные больные могут бесплатно пройти необходимые процедуры. Медицинские работники сделают больному укол и поставят капельницу. В стационар надо приходить со своими препаратами. Это хорошее решение проблемы для тех людей, которым невозможно организовать прохождение процедур на дому. В амбулаторных условиях гораздо легче обеспечить безопасность медперсонала, чем при посещении больных на дому, что очень важно. Подобные стационары должны быть открыты и в других районах города Сухум, а также в других городах и районных центрах для удобства больных.    
Абхазия не уникальна в том, что в ситуации с Covid-19 система здравоохранения стала давать сбои. Во многих очень развитых странах система здравоохранения не справляется с масштабами эпидемии. Так, например, мы знаем, что в Бельгии врачей обязали выходить на работу, даже если у них повышенная температура. Внутри Европейского Союза больных отправляют в соседние страны - туда, где в больницах еще есть свободные места, и т.д. Если в странах с развитой экономикой есть такие проблемы, то понятно, что в Абхазии проблемы будут стоять не менее остро. Однако, есть и такие проблемы, причины которых кроются в неэффективности и нерасторопности менеджмента в системе здравоохранения. И это то, что может быть усовершенствовано.    
Международная организация Amnesty International (международная амнистия) разработала целый ряд рекомендаций к государствам-участникам международных договоров в области соблюдения прав человека, касающихся разных аспектов жизнедеятельности, в том числе и действий в сфере обеспечения здоровья граждан. (https://eurasia.amnesty.org/2020/03/23/amnesty-international-podgotovila-dlya-pravitelstv-rekomendaczii-po-soblyudeniyu-prav-cheloveka-v-hode-borby-s-koronavirusom/) В документе говорится: «В соответствии с правом на здоровье, товары, учреждения и услуги здравоохранения, в том числе доступ к медицинской помощи, вакцинации и лекарственным средствам, которые будут разработаны в будущем от Covid-19, должны быть в наличии в достаточном количестве на территории государства; доступны каждому человеку без какой бы то ни было дискриминации; соответствовать принципам медицинской этики и культурным критериям; приемлемыми с научной и медицинской точек зрения и характеризоваться высоким качеством». Данная рекомендация предусматривает обеспечение доступности товаров и услуг в сфере медицины для всех, особенно для наиболее уязвимых или мало обеспеченных слоев населения. Доступность подразумевает не только физическую досягаемость для всех групп населения, но и экономическую доступность для всех. Речь в документе также идет и о доступе к информации, касающейся вопросов здоровья.
Абхазия не является участником международных правовых актов, но это не значит, что мы можем игнорировать данные рекомендации. Ценность прав человека является частью государственной идеологии Республики Абхазия, что отражено в нашей Конституции, 11 статья которой гласит: «Республика Абхазия признает и гарантирует права и свободы, закрепленные во Всеобщей декларации прав человека, в международных пактах об экономическим, социальных и культурных правах, о гражданских и политических правах, других общепризнанных международно-правовых актах». Таким образом, неоспоримой задачей нашего государства является создание условий, способствующих соблюдению прав граждан и жителей Абхазии на доступ к эффективной медицинской помощи.
Ситуация в сфере образования
Прерванный пандемией процесс обучения – это еще одна значимая проблема для населения Абхазии, наряду с проблемами, связанными со здоровьем. Фактически, школьники Абхазии лишены возможности полноценно учиться, так как с 21 марта 2020 года школы закрылись на карантин, который продлился до конца учебного года 2019/2020.  Поскольку летний период, в том числе и благодаря закрытию до 1 августа границы, удалось пережить относительно спокойно, образовательные учреждения готовились к началу учебного года 2020/2021 в обычном режиме. В начале учебного года Министерством просвещения и языковой политики Республики Абхазия и местными управлениями образования, в школах были введены отдельные меры - измерение температуры тела школьников - благо, всем школам были предоставлены бесконтактные термометры; увеличение времени для перемен, чтобы успеть проветрить помещения; введение третей смены и т.д. Но в реальности эти меры не помогли. Сама процедура измерения температуры, представляла угрозу распространения инфекции, по крайней мере, в больших школах с большим количеством учащихся, которые толпились у входа в школу, не соблюдая никакой дистанции. Кроме того, в такой ситуации ответственный за измерение температуры сотрудник школы не справлялся с регулированием процесса и не успевал измерить всем детям температуру. Длинные перемены, в свою очередь, способствовали долгому контакту детей друг с другом, который также сложно было проконтролировать. В результате, школы стали местом распространения инфекции. К сожалению, известен случай, когда, имея информацию о том, что ученик заболел, дирекция школы не закрыла класс на карантин. Были, думается, и другие аналогичные случаи.

Надо отметить, что некоторые школы более ответственно отнеслись к угрозе распространения инфекции и закрыли классы. Но, в целом, было ощущение, что руководство системы образования, всячески пыталось избежать карантина в школах, или, возможно, протянуть время. К такому выводу можно было прийти, отслеживая новостные блоки ТВ каналов, освещавшие различные мероприятия и совещания с участием представителей системы образования. Сейчас сложно найти объяснение такой тактике, но ясно, что время было упущено.  Возможно, своевременное объявление двухнедельного карантина помогло бы приостановить процесс распространения инфекции и избежать необходимости вводить долгосрочный карантин.

Резкое ухудшение ситуации, начавшееся с середины сентября, привело к тому, что руководство страны все-таки приняло решение о введении карантинных мер до 24 декабря, при этом не исключен вариант их продления. Это решение, касающееся учебных заведений, было принято в пакете с другими ограничительными мерами в начале октября. Можно сказать, что комплекс ограничительных мер был введен, не в последнюю очередь, под давлением гражданского общества, представители которого постоянно выражали свою обеспокоенность ситуацией через публикации, передачи в интернете, использовали различные каналы для передачи информации о реальной картине происходящего руководству страны.    
К сожалению, надо признать, что серьезной подготовки к возможному ухудшению эпидемиологической обстановки не было. В летний период, то и дело можно было увидеть информацию, о том, что состоялись онлайн семинары по вопросам дистанционного образования, конференции, в которых принимали участие педагоги, но вся эта информация, подавалась таким образом, что складывалось впечатление, что большинство представителей сообщества учителей выступают против дистанционного обучения. Надо сказать, что и многие родители высказываются против такой формы обучения. Сегодня уже стали появляться публичные обращения родителей учеников с требованиями возобновить традиционную форму обучения. Социальные сети хорошо демонстрируют спектр мнений по данному вопросу, и них превалирует отрицательное отношение к удаленной форме обучения.
Возникает вопрос, почему сложилось такое отношение к дистанционной форме обучения. В первую очередь, это объясняется отсутствием информации и понимания в обществе того, что такое дистанционное образование, и как можно его использовать во благо учащихся. Многие опасаются, что дистанционное образование полностью заменит классический процесс обучения. Среди аргументов против дистанционного обучения наиболее популярны следующие: «дети должны общаться друг с другом», «учитель не только обучает, но и воспитывает, это невозможно сделать через экран гаджетов» и т.д. Гораздо реже звучат более релевантные, с моей точки зрения, объяснения - это отсутствие технической базы в школах (минимальное количество компьютеров, интернет во многих школах либо совершенно отсутствует, либо его недостаточно), отсутствие программного обеспечения, специальных навыков у педагогов, требующихся для дистанционного преподавания, отсутствие необходимых гаджетов у детей.  
У большинства людей в нашем обществе представления о дистанционном обучении неполные или ошибочные. То, что сейчас некоторые, наиболее продвинутые педагоги проводят онлайн уроки, используя различные инструменты интернета, не является собственно дистанционным образованием. Дистанционное образование – это система, предполагающая перевод в электронную плоскость целого ряд функций, которые должны выполняться сотрудниками школ. Это не только и не столько уроки в онлайн режиме, это больше контроль за процессом обучения, прозрачность и отчетность педагогов, и многое другое. Что же касается уроков в онлайн режиме, то в условиях пандемии - это необходимость, которая позволяет учащимся получать хотя бы минимум знаний, поддерживать связь с педагогами и одноклассниками. Важно, чтобы проводимые онлайн уроки представляли собой реальный урок, предполагающий активное взаимодействие педагога и учащихся. Некоторые родители жалуются на то, что на практике вместо того, чтобы проводить настоящий урок, педагоги пересылают ученикам видеоматериалы или материалы для самостоятельного прочтения, а также дают домашнее задание. К сожалению, большинству детей сложно самостоятельно усваивать материал. В таких случаях большая нагрузка ложится на родителей, которые должны самостоятельно заниматься уроками со своими детьми. Соответственно, эффективность такого процесса зачастую очень низкая.
Благодаря усилиям ЮНИСЕФ ведется работа над созданием онлайн платформы, необходимой для полноценного дистанционного обучения. Это, довольно долгий процесс, поскольку требует немалых вложений и участия IT специалистов, а самое главное концептуального видения того, какой должна быть платформа с учетом всех нюансов и специфики системы образования в Абхазии. ЮНИСЕФ, пожалуй, это та организация, которая способствует переосмыслению системы образования в Абхазии, предоставляя заинтересованным сторонам информацию об опыте других стран, разных подходах к процессу обучения в условиях пандемии. Эти знания позволяют специалистам в Абхазии анализировать и работать над наиболее приемлемой моделью для наших школ.
Кроме того, вышеуказанная международная организация, реагируя на угрозы распространения коронавируса, предоставила всем школам Абхазии санитарно-гигиенические наборы из санитайзеров, антисептиков, бесконтактных термометров, а также антисептическое мыло и другие предметы гигиены для того, чтобы в случае возобновления процесса обучения в школах, можно было обеспечить определенную степень безопасности для учеников и педагогов.
К сожалению, процесс подготовки к дистанционному обучению проходит очень медленно. Можно было гораздо более эффективно использовать летние каникулы для того, чтобы более подготовленными подойти к новому учебному процессу. Вместо того, чтобы акцентировать внимание на негативном отношении к дистанционному образованию, нужно было вести разъяснительную работу о том, что такое дистанционное образование, что представляет собой гибридная модель, предусматривающая сочетание классической формы обучения и современных подходов с использованием современных технологий. Фактически, ситуация с эпидемией Covid-19 подтолкнула наше общество к обсуждению всех этих вопросов. Во многих более развитых в экономическом смысле странах система образования и до эпидемии уже весьма успешно внедрила современные подходы. Мы в этом смысле заметно отстали, так что нет худа без добра. Возможно, наконец в Абхазии начнется процесс модернизации системы образования.  
Очевидно, что введение дистанционного обучения в рамках гибридной модели, предусматривающей сочетание классического подхода и использования современных технологий, требует времени. Это долгосрочная задача, для решения которой требуются определенные усилия по разъяснению перспектив этой системы, ее эффективности, анализ положительных и негативных аспектов, причиной большинства которых являются опасения, вызванные незнанием, непониманием, страхом перед неизвестным.
Разъяснительная работа должна вестись как с сообществом педагогов, так и с родителями. Недостаточно вести диалог только с определенной категорией работников сферы образования. На мой взгляд, необходимо широкое обсуждение данного вопроса на разных площадках, в том числе, на телевидении, с привлечением независимых экспертов, представителей общественных организаций, занимающихся решением проблем образования, родителей с активной позицией. Кроме того, внедрение дистанционного обучения, как одного из элементов системы образования требует соответствующей законодательной базы. В этом смысле нам повезло, поскольку закон об образовании еще не принят, а это значит, что сейчас как раз подходящий момент для того, чтобы учесть соответствующие аспекты в законе, который будет регулировать сферу образования.
В настоящее время, мы находимся в ситуации, когда нужно принимать срочные меры для того, чтобы учебный год 2020/2021 в школах Абхазии состоялся. На сегодняшний день ситуация в школах такова, что в течение карантина, который длится вот уже почти два месяца, никакие занятия с детьми практически не проводятся. В очень редких случаях учителя проводят занятия онлайн с использованием программ Zoom или WhatsApp, но, к сожалению, это скорее исключение, чем правило. При этом, большинство детей из класса, в силу разных причин, не участвуют в этих занятиях.
Кроме прочего, сложившаяся ситуация усугубляет разделение людей по социальному признаку, так как люди, имеющие финансовую возможность, оплачивают дополнительные частные уроки своих детей в то время, как все остальные дети не могут позволить себе даже онлайн занятий из-за неимения доступа к интернету. Сегодня невозможно прогнозировать, когда завершится карантин, соответственно, нельзя говорить с уверенностью о том, что обучение в школах возобновится в обычном режиме.
Одной из самых важных задач сегодня, на мой взгляд, является максимальное переформатирование учебного процесса таким образом, чтобы он предусматривал разные формы работы с детьми - в школах с учетом мер безопасности учащихся и учителей и в онлайн режиме. Необходимо обучить педагогов специальным навыкам использования инструментов интернета таким образом, чтобы, используя гаджеты, которые есть у педагогов и учеников, можно было бы проводить занятия. Очень важно провести исследование для того, чтобы понять какое количество детей сегодня не имеют необходимых гаджетов для участия в онлайн уроках, и какие средства необходимы для решения данной проблемы. И решаться эта проблема должна государством во взаимодействии с разными благотворительными организациями и инициативами.      
С точки зрения Конституции Республики Абхазия и международных документов по правам человека отсутствие доступа к обучению является нарушением права на образование. Безусловно, чрезвычайные ситуации, к которым относится и эпидемия Covid-19, допускает определенные ограничения прав граждан, однако эти ограничен